ИСТОРИЯ ОДНОГО СТАЛКЕРА

Бондарь Дмитрий

История одного сталкера

После очередного удачно выполненного задания, я опять сидел в баре, и выгонял из себя остатки радиации… то есть пил. Местная водка, конечно поганая, но, к сожалению, только она помогает не загнуться в Зоне. Такой холодной, темной и неприветливой… но все же нашей. Некоторые сталкеры месяцами могут отрываться от цивилизации, в поисках хорошего хабара и ценных артефактов. Помню, один отчаявшиеся сталкер, решил рискнуть и пойти на поиски редкостного артефакта под названием «Душа». Я не знаю толком как он или она выглядит, но те, кто видел, говорят, что его даже в руках держать приятно. И свечение от него иное исходит. Однако, этот горе-путешественник, направился прямо на территорию Припяти, по направлению к выжигателю мозгов. А, как я помню, те, кто к нему направлялись – назад не возвращались. Может быть, бросить все, к чертовой матери и вернуться домой, на свою старую работу? Буду, как раньше — менеджером среднего звена. Буду сидеть в офисе, в бумагах ковыряться, с клиентами собачится… Но после очередного выпитого стопоря, все эти мысли так же быстро улетучились, как и появились.

— Слушай бармен, — заговорил с ним я, отрываясь от мрачных мыслей. — Вот тебе никогда не казалось, что можно жить иначе, чем мы?

— Чего-то я не догоню? — сказал, с подозрением, он. — Ты меня кинуть хочешь? Учти, ты мне все еще документы обязан принести, потом катись на все 4 стороны.

— Да нет, ты не так понял. — Махнул рукой я, опрокидывая очередной стакан. Так. Мне уже хватит. Свою норму я выполнил. — Я имею ввиду, что у каждого есть мечта. Вот ты кем хотел стать?

— Пожарником, — хмуро ответил он. — Людям хотел помогать и все такое… Но это было давно и ничего не вернуть. Тем более, что и эта работенка меня вполне устраивает.

— А вдруг монолит поможет исполнить мечту? — спросил я.

— Эти дебилойды, — хмыкнул он. — Не думаю, что их что-то интересует, кроме спасения собственных шкур и их идиотской секты. Вырезать их надо, как свиней.

— Ну, с этим ты погорячился, — умерил его пыл я. — Они, конечно не совсем нормальные, но все же…

— Не совсем нормальные?! — вновь завелся бармен. — Да они шизойды! Самые настоящие кретины! Разве нормальные люди, стали бы делать из своих же солдат зомби?

-Ну, это у кого какие тараканы в голове, — развел руками я, откусив от целого куска колбасы. — Я вообще-то про камень желаний имел ввиду. Вот, если бы ты нашел его, чтобы загадал?

— Тут надо подумать, — почесал затылок бармен. — У меня большой списочек.

— Но он выполняет только одно желание, — объявил я.

— Не знаю тогда, — раздраженно отмахнулся бармен. — И вообще — ты идешь сегодня в рейд или опять влом?

Я поглядел на остатки своего пиршества: крошки хлеба, полбанки тушенки, надкусанная колбаса и почти пустая бутылка «Казаков». После чего грустно вздохнул и встал.

— Ладно. Посидели — пора и честь знать. Что ты мне можешь предложить сегодня? — спросил я бармена.

— Кроме твоего основного задания? — с некоторым подколом спросил он.

— Не-не. Даже не зарекайся, — отнекивался я. — Пока у меня нормальной брони не будет, я туда не сунусь.

— Ладно, ладно. Не кипятись, — успокоил меня бармен. – Нет, так нет. Есть у меня к тебе другое задание — у меня аккумулятор дохнет, зарядить надо. Вот принесешь мне ночную звезду — я тебе прямо со своего плеча костюмчик подарю, — бармен не заметно достал из-под прилавка новый костюм войск современного спецназа. От такого, у меня сразу же челюсть до пола упала.

— Откуда он у тебя? — ошарашено спросил я его.

— Секрет фирмы, — лукаво улыбнулся бармен, пряча комбинезон назад под стойку. — Принесешь мне 7 звезд — костюм твой. Идет?

— Ни х-ходи му.. Ик! …жик, — посоветовал мне молодой сталкер, который уже изрядно перебрал и едва стоял на ногах. – Эт-то гиб-лое дело. Там худа ты напрвляешься — тбя не жет ниче хоршего. Во-првых этот ар… ик… хефакт, сльно наэлектризово-ван, птому еси ты возьмешь его в руки, то почувствуешь мин-мум 5 тышь вольт, изучаемые одним таким арте… ик… фактом. А во-вторых, возле злежей ноч… ик… ной звезды, обтает стая кровосо-восов. Гнездо у них там кажись. Но помнися, был один стал… ик… хер, который смог пройти мимо логова монсров и набрать окло 10 арте… ик… фактов… — после чего грустно вздохнул и наполнил свой стакан. — Шо ж. Раз вспомнили — мож и помянуть. Хороший, был сталкер. — И выпив залпом всё содержимое, он все-таки упал на пол. Ну, нельзя столько спиртного на неподготовленный организм. Это мне ничего — помниться в одном из своих рейдов, я выпил два ящика водки за один присест. Да еще и без закуски. Куда там карусели. Меня так крутило, мотало… лучше любого аттракциона. Правда, потом мне так плохо было, мама дорогая. Но вернемся к нашим баранам. Бармен, как всегда указал мне на карте, куда идти (где искать эти звезды). Я затарился аптечками, едой, бинтами и направился на поиски.

Путь мой лежал через дикую территорию, но к счастью я не с кем серьезным не встретился (пару волков и просто группа мородеров-новичков которые даже оружие держали, наверное, первый раз в жизни). Быстро с ними разобравшись, я наконец-таки смог добраться до нужного мне места. Это оказалась какая-то заброшенная, полуразвалившаяся деревня, в круге всевозможных аномалий. Однако хоть деревня и была заброшенная, она не была пуста. Я отчетливо слышал, чье-то противное чавканье и рычание. Перезарядив винтовку, я направился прямо к эпицентру звука. Выйдя на открытую местность, я сразу же заметил кровососа, который дожевывал какого-то мёртвого сталкера. Не долго думая, я, выстрелил ему пару раз в голову. К сожалению, это не помогло – этот гад сразу же меня заметил и растворился в воздухе. Это самая большая подлость, на, которую они способны – исчезнуть и напасть со спины. Вообще, с годами путешествия по Зоне, я стал замечать, что буквально все враждебные элементы норовят атаковать тебя сзади. Поэтому у меня появилось негласное право: всегда смотреть, за тем, что твориться у меня за спиной. Поэтому, первым же делом, я прижался спиной к разломанной стенке и стал высматривать два горящих глаза. Именно по ним всегда можно найти кровососа, потому как он не может исчезнуть полностью. Вдруг, совсем рядом со мной воздух, пошел рябью, и кровосос нанес свой первый удар. И хотя я, в общем-то, успел увернуться, мой бронник получил значительные повреждения (пять продолговатых дыр теперь красовались на груди костюма). Слава Богу, что до тела не добрался. А то я слышал, что где-то в этих местах появились кровососы, которые уже могут заражать свою жертву, тем самым, превращая ее в себе подобных.

— Сука, — сквозь зубы процедил я, из-за испорченного костюма.

После чего собрался с одного раза прострелить монстру голову, но неожиданно почувствовал резкий удар в спину и упал лицом в землю. Быстро отплевавшись, я, было, попробовал встать, но тут же кто-то поднял меня над землей, лицом к небу, как всегда затянутого серыми тучами. По “дороге наверх” я краем глаза успел заметить, что кровососов стало теперь пятеро, если не больше. После почувствовал, что меня буквально хотят поломать пополам. Слышал, как трещать мои кости. В этой ситуации кричать не имеет смысла (все равно, тебя никто здесь не услышит). Но я все равно кричал, как ненормальный, надеясь, что меня хоть кто-нибудь услышит. Однако, как назло, поблизости никого не оказалось. И я уже утратил последнюю надежду на спасение, как вдруг державший меня мутант, дико заорал и вместе со мной упал на твердую землю.

— Эй, парень? Ты живой? – слышалось у меня гулким эхом в голове. – Сильно же он тебя. Позвоночник, наверное, в трех местах сломан. Ничего. Я тебя вылечу. Ты только сознание не теряй, ладно? Пой лучше, что-нибудь. Песни какие-нибудь знаешь?

— Знаю, — слабо сказал я и захрипел противно и протяжно: — Отшумели летние до-жди… — прямо как Леня Барсук, который месяцами мог торчать в баре, распевая изо дня в день, одну и ту же песню.

— Так, потерпи немного. Сейчас будет больно, — предупредил меня тот же приятный голос и в это же мгновение, все мое тело обожгла резкая боль, от которой я видимо ненадолго потерял сознание. Однако, спасший меня мужик, похлопал по щекам, тем самым, приводя меня в порядок. Через несколько минут, я почувствовал себя значительно лучше.

— Встать сможешь? – поинтересовался он, протягивая свою руку.

— Спасибо, сам как-нибудь, — вежливо отказался я, вставая на ноги.

После чего поднял с земли свою винтовку и вновь перевесил ее себе через плечо. Затем осмотрелся: повсюду валялись ошметки тел, по крайней мере, трех кровососов, двое видимо успели скрыться, по добру, по здорову. Затем перевел взгляд на своего спасителя: им на самом деле оказалась девушка, лет двадцати пяти, приятной внешности, с длинными светлыми волосами, спадающими ей на плечи, и большими голубыми, почти синими, как море, глазами. Одета она, однако была, в черную бандитскую куртку, синие грязные джинсы и старые кеды. От такой картины я буквально потерял дар речи и открыл рот от удивления.

— Чего замер? – спросила она, водя рукой перед моим лицом. – Ку-ку, ты меня слышишь? Я спрашиваю – ты что, язык проглотил?

— Н-нет. Просто удивительно видеть в этих местах…

— Особь другого пола? – закончила она за меня, после мило улыбнулась. От ее улыбке я просто начал таять.

— Да, — ответил я, выходя из оцепенения. – Ведь охота за артефактами и перестрелки с монстрами, это ведь вроде… мужское занятие. А ты, как я вижу не… И я вообще не помню, чтобы в Зоне была хоть одна женщина.

— Значит – буду первой, — сказала она, перезарядив свой пистолет, и кинула его обратно в рюкзак.

— Я бы не стал этого делать, — порекомендовал ей я. – Эти места кишат мутантами, поэтому всегда надо быть начеку.

— А это, по-твоему, что? Украшение, да? – прыснула она, предъявляя мне громобой с подствольным гранатомётом, которым она видимо и добила оставшихся мутантов (Интересно, откуда только у разбойников такие деньги?). Хотя они ведь все под боком у Свободы. Наверное, они же и обеспечивают бандитов провизией и боеприпасами.

— Не хило, — сказал я, присвистнув от увиденного. – Я б тоже был бы не против такого громобоя. Хотя мне по душе снайперки.

— Любишь убивать незаметно, — понимающе сказала она. После чего закивала. – Теперь мне понятно, какой педрила почти всех наших ребят перешлепал. – Она наставила на меня автомат. – Что ж. Костыль мне за твою голову, хорошо заплатит.

— Эй, эй. Ты чего? – я поднял руки вверх, хотя мог сразу же ее пристрелить. Но воспитание не позволяет мне стрелять в женщин. – Я ведь и мухи не обижу, точно. Я, что разве похож на убийцу?

— Нет, — сказала девушка, не убирая дула автомата от моего лица. – Но на всякий случай лучше перестраховаться.

— Тогда зачем же ты спасла меня, — использовал последний козырь я.

— Я привыкла убивать жертву, а не добивать. Поэтому и совершила этот акт милосердия. Но моя милость не безгранична. Так, что прощай, петух, — сказав это, она, было собралась расстрелять меня, но оружие только глухо щелкало, оповещая о пустом магазине. И когда девушка перезаряжалась, я подловил момент и сильно стукнул ее по голове прикладом винтовки.

— Твою… — прохрипела она, теряя сознание.

После чего, я обшарил по ее карманам (улов был небольшой: пистолет, кусок недоеденной колбасы, нетронутый батон и эластичный бинт). Забрав все это (кроме громобоя, так как он тяжелый, зараза, и вдобавок у нее не было к нему патронов), я, было, собрался двинуться дальше, как вдруг меня охватило незнакомое чувство. Я не мог понять, что это, только отчего-то, стал сильно переживать за эту несчастную девушку: да ее же за секунды сожрут либо те же кровососы, либо волки, либо псевдособаки. Кабанов я в этих местах не припомню, но их исключать, тоже не стоит. А если она и избежит смерти от монстров, то, наверняка загнётся от голода. Я ведь у нее последнее отобрал. Еще немного по рассуждав на эту тему, я проглотил остатки своей гордости, перекинув ее бездыханное тело через плечо и поплел по направлению лагеря Долговцев. Сдам ее им, а после и за звездами пойду.

— Отшумели летние до-жди… — пел я, чтобы скоротать дорогу до бара. – Тьфу ты, привязалась песня.

— Ты кого притащил, а?! – сердито спросил меня сержант Петренко возле поста долговцев. – Тебе разве не говорили, что с бандитами и подобной падалью разговор короткий?

— Но тут другой случай, — объяснил ему я, показывая, кого принес. Все присутствующие солдаты, только молча разинули рты. А сержант хмыкнул и поскреб подбородок.

— Женщина, — медленно и задумчиво произнес он. – Что ж. Это в корне меняет дело. Отнеси-ка ее в мою комнату для… допроса, — сказав это, он хищно облизнулся.

— Не понял, — сквозь зубы процедил я, сжимая в кулак свободную руку.

— Что тут непонятного? – улыбнулся он и подмигнул мне.

На это я ничего ему не ответил. Просто молча, вмазал по хари. Сержант пошатнулся, а трое вояк, стоявшими рядом с ним, тут же наставили на меня стволы своих автоматов.

— Опустить оружие, — приказал им Петренко, вытирая рукавом кровь с разбитой губы. – Ладно, сталкер, оставь ее себе. Все равно за годы нахождения в Зоне, у тебя прибор вышел из строя, — сказав это, сержант стал противно смеяться, вместе со своими дружками. Я приглушенно прорычал и направился в бар. Ненавижу этих долговцев. Тоже мне. Считают себя пупом земли, а сами только на простые подколы и способны. Трусы, мать их.

— Ну, что? Принес? – хмуро спросил меня бармен, протирая очередную партию грязных кружек.

— Почти, — честно признался я. – Что ты мне дашь за такое, — и я положил девушку прямо на стойку.

Все присутствующие моментально замерли в той же, позе в какой и стояли. Лишь бармен, сохранил только ему одному, дарованное спокойствие.

— Мда… Невелика добыча, — сказал он, осматривая ее со всех сторон. – Куртка старая, сильно потертая. Рублей за триста максимум продать могу. Джинсы тоже не первой свежести. Стольник максимум. Кроссовки лучше сразу выкинуть.

— Нет, ты не понял, — остановил я бармена, от оценивания принесенных мной вещей, без их владельца. – Что ты мне дашь за нее?

— За нее? – удивился бармен. – В каком смысле?

— Ну, во сколько, ты оценишь добычу целиком. Вместе с ее владельцем? — спросил я, делая характерный большой жест, обводя все тело девушки.

— Не знаю,- задумался бармен. – А на кой черт мне жмурик? Выкинь ее в канаву, и дело с концом. Собакам на радость.

— Она же живая, — ужаснулся я.

— А-а-а… так бы сразу сказал, — протянул бармен и снова задумался. – За нее, я дам тебе… тысячу рублей. Согласен?

— Что?! – возмутился я. – Это же грабеж.

— Ну не хочешь, как хочешь, — пожал плечами бармен, снова занимаясь своими делами.

— Можешь продать ее мне, — глотая слюни, сказал Глеб Прут, тоже частый гость этого заведения. – Сколько хочешь?

— Тут надо подумать, — сказал я, прикидывая ее примерную стоимость. – Две пятьсот. Идет?

Глеб тут же изменился в лице и недовольно отвернулся.

— Еще чего, — хмыкнул он. – За этот обмылок, такие деньжищи. Да я на гражданке сотню баб за такие деньги снять могу.

— Ладно, не печалься Серый, — утешил меня бармен. – Кстати, что там со звездами? Когда принесешь?

— Никогда, — буркнул я. – Я отказываюсь от этого задания.

— Ну, на нет – и суда нет, — пожал плечами бармен.

На что я просто вздохнул, махнул рукой и, взвалив ее на плечо, поплелся в заброшенный домик, на дикой территории, где успел обосноваться в последние годы.

— Что же мне с тобой делать? – задумчиво сказал я, сидя возле кровати с бессознательной девушкой.

Странно. Почему она, за все это время, не пришла в себя. Может и впрямь, сдохла. Да нет, тогда был бы запах разложения. Я пытался прослушать ее пульс. Он был, и это радовало. Однако, такое впечатление, что она не дышала. Так и есть. Что же делать? Как я помню (вернее, как меня учили) в таких случаях нужно делать искусственное дыхание. Только я забыл, как это делается. Ничего. Сейчас вспомню. Я уже много лет не прикасался к женщине, поэтому мое сердце стало, бешено колотиться, словно я столкнулся со стаей кабанов… или снорков. И вот я наклонился к ней предельно близко, сделал глубокий вдох и прикоснулся к ее губам, своими, вдыхая в нее спасительный воздух. Губы ее были мягкими и теплыми. А от ее кожи пахло довольно странно. Хотя после того как я принюхался повнимательней, то понял, что это запах духов. Причем не простых, а особенных. Этот запах возвращает меня домой, к моей любимой жене Оленьке. Это ее запах. И даже после ее смерти, от шальной бандитской пули, я до сих пор сохранил в себе ее частичку. И вот, спустя столько лет, я вновь встретил этот аромат. Но на этот раз им обладал мой враг. Что же это: ирония судьбы или совпадение? После четвертого такого вдоха, девушка закашляла. Это значит, что все мои мытарства не прошли даром.

— Где это я? – спросила она саму себя, обводя взглядом интерьер моей холостяцкой хижины. А смотреть-то в принципе не на что было: ободранные стены, дырявый пол и потолок. Окон не было. Из всей мебели была только кровать и пустой поломанный холодильник.

— У меня дома, — ответил ей я.

Девушку передернуло, и она резко повернулась ко мне лицом.

— Привет, — улыбнулся я, за что тут же получил кулаком по носу.

— Скотина! Подлец! Урод! – ругала она меня, ища свой рюкзак. Но того соответственно не оказалось. – Где мои вещи?!

— Тише, тише, — пытался успокоить ее я, прикрывая одной рукой подбитый нос. – Не надо так нервничать. Вот твой рюкзак, — я протянул его ей. Та резко выхватила свои вещи и ломанула к выходу.

— Стой, дура! – крикнул я ей вслед, чем предостерег от неминуемой гибели, в «трамплине».

— Как ты меня назвал? – грозно прошипела она, медленным шагом приближаясь ко мне.

— Иначе бы ты не остановилась, — развел руками я. – Имя-то твое я не знаю.

— Допустим Катя, — сказала она, разминая пальцы рук. – Зачем тебе это знать, раз ты уже не жилец?

— Ладно. Ты можешь меня прикончить, — согласился я. – Но тогда, тебе никогда отсюда не выбраться. Во-первых, тут повсюду бродят разношерстные твари, намеревающиеся все сожрать. Во-вторых, мой дом стоит в кругу аномалий, который и защищают меня от этих монстров. Ну и в третьих, даже если ты отсюда и выберешься, тебя тут же пристрелят, как только ты войдешь на территорию Долга. Они не Свобода, церемониться не станут, пулю в лоб и в канаву. Собакам на обед.

— Ладно, мудак. Твоя взяла, — умерила свой пыл Катерина, облокотившись на не очень чистую стену. – Что ты намерен со мной сделать?

— Еще не знаю, — задумался я. – Но то, что ты мне можешь пригодиться, это уж точно.

— У тебя пожрать чего-нибудь есть? – спросила Катя, без просу роясь в моем холодильнике. Но ничего там не найдя, громко хлопнула дверцей и грязно выругалась. – Твою мать. Не понимаю: зачем в доме холодильник, если ты там ничего не держишь?

— Чтобы, такие как ты, об этом спрашивали, — объяснил я, чища свой арсенал и, поглядывая в дверной проем.

Там как раз происходило довольно интересное шоу: двое бандитов (по-моему, Митя Чебур и Володя Сиплый. Я с ними уже пересекался в этих местах, но нос к носу никогда не сталкивался), убегали от троих забредших сюда, псевдособак и одного кровососа, который видимо, решил перекусить и собачатиной, и человечиной. Первым в аномалию «вихрь» угодил Митя. Я долго смеялся, смотря, как его раскручивает в воздухе. После этого, он просто разлетелся на мелкие кусочки, на радость собачкам и кровососу. Однако Вова даже и не думал сбавлять скорость, бросив по дороге как свои вещи, так и не заметив потерю друга. Но бежать ему пришлось не долго: в это же мгновение он угодил ногой в Зонд (аномалия, увеличивающая гравитацию), с силой прижался пузом к земле, чем стал приманкой вначале для собак, а когда расплющило и их, то у кровососа начался просто праздник желудка (неизвестно почему, но эта аномалия на него не действует).

— Нашла! – радостно завопила Екатерина, отвлекая меня от бесплатного шоу. Причем от ее крика, я по началу даже подпрыгнул от неожиданности.

— Что нашла? – не сразу понял я.

— Еду. Что же еще? – недоуменно сказала она. Затем послышался резкий щелчок. – А-ай!

Интересно, что же она там нашла? (по крайней мере, я не припомню, чтобы хранил у себя, что-нибудь съестное, так как уверен, что продукты испортятся от сильной дозы радиации). Поэтому я обернулся посмотреть на ее находку и буквально не упал со стула от смеха: девушка сидела на полу и дула на ушибленный палец. При этом она, что-то энергично жевала. А рядом валялась сработавшая мышеловка. Я сразу все понял, и от этого мне стало еще смешней.

— Хорош ржать, — обиженно сказала она. – Я же не виновата, что у тебя поесть нечего.

— Поэтому полезла в мышеловку, — закончил за нее я. Она опустила голову, чтобы скрыть свои раскрасневшиеся от стыда щеки. Я же продолжил смеяться. – Да-а… права народная мудрость, гласящая, что: ”бесплатный сыр, только в мышеловке”.

— А что. Вполне неплохо, — призналась Катя, продолжая жевать. – На местную колбасу похоже.

— Так и есть, — кивнул я. – Только я мышеловку на крыс ставил, а не на тебя.

— А что, в Зоне разве есть крысы? – сильно удивилась она. Я же присвистнул от удивления.

— О-о-о… милочка, ты в каком веке живешь? — сказал я. – Да крысы сейчас есть везде. Даже на свалках. Где зашкаливает уровень радиации. Правда, там они от этого светятся. Но некоторые умники, придумали их на елку вешать, в качестве новогодней гирлянды.

— Но это же опасно, — ужаснулась Катерина.

— Зато дешево, надежно и практично, — коротко сказал я. После чего вздохнул, и встал. – Ладно. Не дам тебе помереть с голоду, — затем порылся в своем кошельке. У меня осталось только пятьсот рублей. Надеюсь, что этого должно хватить, хоть на что-то. – Сейчас, что-нибудь придумаю.

Катя тут же вскочила с пола и стала ко мне подлизываться.

— А можно я одна схожу? Я ведь уже взрослая девочка и сама могу о себе позаботиться, — кокетливо сказала она, пытаясь вытащить из моего кармана деньги. Но я мягко отодвинул ее в сторону.

— Пожалуй, я, и сам могу прекрасно справится, — улыбнулся ей я. Из-за чего она обижено надулась и вновь села на пол. – Скоро вернусь, — сказал я уже у самого выхода. – Не скучай.

— Не беспокойся. Не буду, — послышалось позади меня и я стопудово уверен, что она при этом ухмыльнулась. Не нужно быть телепатом, чтобы понять все ее планы. Но увы, с побегом, у нее ничего не получиться.

Купив в баре все что нужно (а именно: два батона, палку колбасы, патроны, калибра 5, 56, для моей винтовки и пару бинтиков, на всякий случай), я собрался домой, как вдруг неожиданно на полпути мне попался Волкодав. Мужик среднего роста, короткостриженый, с простым лицом и вечно каким-то безумным взглядом. По роду занятий он обычный бандит, каких тьма по Зоне шастает. Он был воротила местной преступной группировки. Всегда любил нападать на слабых и безоружных. Редкостное чмо. Он стал поперек дороги, тем самым не давая мне пройти дальше.

— Эй, сталкер! Закурить есть? – заговорил со мной Волкодав. На, что я, молча, сделал ему характерный жест рукой, посылая куда подальше, и попытался его обойти. Но мне помешали двое его дружков, вновь перекрывая дорогу. – Я не понял, брат? Я спросил: папироски не будет?

Добавить комментарий