ИСТИННЫЙ ЛИК ДЬЯВОЛА

Религия, действительная Религия, ориентированная на вечные моральные ценности и Предельную Реальность, будь то Единый Господь Бог или Абсолют, или сонм богов, выражающий, по сути, ту же идею Сверхреальности – всегда имеет в себе элемент божественности, некую святую душу. Любая конкретная религия свята сама по себе. Но рано или поздно наступает ее упадок, тогда в среде ее последователей появляются те, чья алчность и властолюбие сильнее веры и богобоязненности. Так в религиозной среде появляется иерархия и, следовательно, духовенство, а забота о прибыли выбивается на первое место. Этот упадок, чаще всего, является самой продолжительной стадией в жизни религии и может длиться тысячелетия, то есть до тех пор, пока наличие паствы способно приносить прибыль. Таким образом создается церковь, один из самых рентабельных и долгоживущих типов коммерческих организаций, созданных людьми. Именно поэтому можно смело утверждать, что церковь, в которой присутствует жесткая иерархия и финансовые интересы – нечиста. Упадок религии начинается с появления церкви и является самой продолжительной стадией в ее жизни лишь потому, что церковь, словно живой организм, имеет инстинкт самосохранения и кровно заинтересована в как можно более длительном продолжении своей жизни, пусть даже и искусственными методами.
Один из самых распространенных искусственных методов поддержания жизни церкви и благополучия ее высших санов – это изобретение врага церкви. Так появляется Дьявол – несчастный одиночка, посягнувший на величие Творца и виновный во всех злодеяниях человечества. С настоящего момента это воплощение зла становится самым надежным столпом церкви, а страх перед ним – самым действенным инструментом укрощения толпы. Начинается изнурительная, часто кровавая и баснословно дорогая борьба с ветряными мельницами в стане церкви и все внимание паствы перебрасывается с критики идиотизма церковных догм на козла отпущения, виновного во всех мыслимых и немыслимых грехах.
Существуют пять основных религий, это – Индуизм, Иудаизм, Буддизм, Христианство и Ислам. Их можно разделить на два течения – восточное (Индуизм и вышедший из него Буддизм) и западное (Иудаизм и вышедшие из него Христианство и Ислам). Так вот именно западное течение религиозной мысли преуспело в создании «коммерческих церквей» вместе с их единым искусственным сердцем – Дьяволом. Необходимо проследить родословную «врага рода человеческого» в западном религиозном течении, чтобы увидеть истинный лик Дьявола, сорвать маску с того, кто успевает быть злейшим противником церкви и одновременно главным источником ее доходов. Итак, кто же на самом деле тот, кому хватило глупости пойти против Всевышнего, Совершенного и Абсолютного Творца всего сущего, включая и его самого?
Местом рождения Дьявола можно назвать Тору или иначе Пятикнижие Моисеево, то есть первые пять книг Библии. Именно там он предстает в своем младенческом обличии – в виде змея-искусителя, уговорившего первоженщину и ее первомужчину вкусить плоды с древа познания добра и зла, чтобы, таким образом, уподобиться Богу. Но тут есть несколько примечательных моментов, незамеченных или, скорее всего, проигнорированных отцами церкви. «Змей был хитрее всех зверей полевых, которых создал Господь Бог. И сказал змей жене: подлинно ли сказал Бог: «не ешьте ни от какого дерева в раю»? И сказала жена змею: плоды с дерев мы можем есть, только плодов дерева, которое среди рая, сказал Бог, не ешьте их и не прикасайтесь к ним, чтобы вам не умереть. И сказал змей жене: нет, не умрете, но знает Бог, что в день, в который вы вкусите их, откроются глаза ваши, и вы будете, как боги, знающие добро и зло» (Бытие. 3; 1 – 5).
Интересно, почему Господь Бог, выступающий здесь, кстати, во множественном числе, так боится «человека разумного», способного отличить добро от зла, ведь получается, что зло не является изобретением змея, оно уже существовало. К тому же человек, у которого «открыты глаза», становится «как боги».
Далее: «И сказал Господь Бог змею: за то, что ты сделал это, проклят ты пред всеми скотами и пред всеми зверями полевыми; ты будешь ходить на чреве твоем, и будешь есть прах во все дни жизни твоей; и вражду положу между тобою и между женою, и между семенем твоим и семенем ее; оно будет поражать тебя в голову, а ты будешь жалить его в пяту» (Бытие. 3; 14,15). Можно подумать, что до этого происшествия змей ходил на кончике хвоста, к тому же, в этом стихе не упоминается вина мужчины.
Следующее: «И сказал Господь Бог: вот, Адам стал как один из Нас, зная добро и зло; и теперь как бы не простер он руки своей, и не взял также от дерева жизни, и не вкусил, и не стал жить вечно. И выслал его Господь Бог из сада Едемского, чтобы возделывать землю, из которой он взят» (Бытие. 3; 22, 23). Это место можно вообще оставить без комментариев.
Тора в своей сути глубоко метафорична и малопонятна, конечно, для тех, кто не имеет ключи к ее пониманию, именно поэтому прочитанная правильно, она становится Каббалой. Естественно, что отцы церкви не знали эзотерического смысла Торы и в своей неуклюжей попытке выдать великого Пророка и Реформатора за Бога, просто прилепили «закон и пророки» (Тора и книги пророков, плюс Псалтирь) к своим книгам (каноническое собрание более известно под названием «Новый завет»), насильно исполняя древнее иудейское пророчество. При этом Пятикнижие Моисеево отныне принято понимать буквально. Нет сомнений в том, что Тора не может быть понята непосвященными, ведь даже касательно обсуждаемой темы далее можно увидеть: «И послал Господь на народ ядовитых змеев, которые жалили народ, и умерло множество народа из сынов Израилевых. И пришел народ к Моисею и сказал: согрешили мы, что говорили против Господа и против тебя; помолись Господу, чтоб Он удалил от нас змеев. И помолился Моисей о народе. И сказал Господь Моисею: сделай себе змея и выставь его на знамя, и всякий ужаленный, взглянув на него, останется жив. И сделал Моисей медного змея и выставил его на знамя, и когда змей ужалил человека, он, взглянув на медного змея, оставался жив» (Числа. 21; 6 – 9). При этом почему-то Господь заставляет Моисея нарушить Свою же заповедь «Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли» (Исход. 20; 4), чтобы в очередной раз разрешить сложные отношения между человечеством и змеями.
Зарождающемуся в Римской Империи Христианству нужен был универсальный Бог, а не Бог только евреев, для которого последние являлись избранным народом. Именно поэтому Иешуа из Вифлеема был избран на должность универсального Бога многонационального человечества и именно для легитимности этой роли он был объявлен Машиах (мессией, спасителем) Иудаизма, и именно для этой цели его личность подгонялась под еврейские пророчества (кстати говоря, сами евреи не признают в Иисусе мессию и ожидают пришествия последнего по сей день). Иначе чем можно объяснить несовпадения в родословной Иисуса уже в следующем поколении от царя Давида, в одинаково, как утверждают отцы христианской церкви, боговдохновенных евангелиях от Луки и от Матфея, а также несоответствия ни одного Иудейского пророчества реальному положению дел, и даже сомнения Предтечи (!), даже после того, как он услышал глас с небес «Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение» (Матфей. 3; 17) – «Иоанн же, услышав в темнице о делах Христовых, послал двоих из учеников своих сказать ему: Ты ли Тот, Который должен прийти, или ожидать нам другого?» (Матфей. 11; 2,3).
А змеи, или те, кто подразумевались под этим названием, стали врагами всей христианской церкви и представлены под собирательным образом «Дракона, змея древнего» (Откровение. 12; 9). И единственное, чего боялась церковь больше, чем Господней кары – змеев, открывающих глаза человечеству, ведь тогда станут видны ложь и беззакония церкви. Так ветхозаветный змей становится Дьяволом, врагом церкви и рода человеческого, начинается необъявленная война, в которой, как ни странно, гибнут люди.
Небольшое отступление, касательно разногласий в текстах канонических евангелий – кто-нибудь задумывался, каким образом одни книги были признаны каноническими, то есть боговдохновенными, продиктованными Богом, истинными, достоверными, а другие перешли в разряд апокрифов, то есть не признающимися официальной церковью? В действительности дело было так: таинственный и неоднозначный первый вселенский собор христианской церкви 325 г., тот самый, на котором был признан единый для всех христиан «Символ веры» и который впоследствии был назван Никейским, был созван, прежде всего, чтобы утвердить единую христианскую догматику и апологетику, включая собрание священных писаний, единых для всех христиан, все, что вне этого с тех пор – ересь или богохульство. Председательствовал на соборе император (!) Константин, первый христианин на троне Римской Империи, хотя, говоря по-правде, Константин всю свою жизнь оставался язычником и был крещен лишь посмертно. Также присутствовали всего 318 епископов. Далее, как рассказывается в «Синодиконе» Паппа, епископы смешали все книги, которые были представлены Собору на выбор под алтарем в церкви и обратились к Господу с молитвой, чтобы вдохновенные писания выбрались на алтарь, тогда как сомнительные остались бы под алтарем. На утро, придя в эту церковь снова, епископы увидели, что так оно и произошло. Оказывается, священное писание, а значит и все христианское богословие, обязано своим обликом тому средству гадания, за которое через несколько веков будут нещадно сжигать заживо во имя того, кто, умирая на кресте, молил Бога о прощении распявших его. И абсолютно нигде в исторических источниках невозможно найти указания того, у кого хранились ключи от церкви в ту ночь епископского гадания!
Итак, вернемся к основной теме, так кого же на самом деле имели ввиду древние каббалисты, называя их змеями? Все очень просто, змеи – это просветленные, те, кого в разных местах называли иерофантами, буддами, полубогами, сынами неба, Е. Рерих называла их круг «белым братством», это те, кто на протяжении всей истории человечества хранят память о вечной, единой и универсальной религии, знание, которое уподобляет людей Богу. «…Будьте мудры, как змии, и просты, как голуби» (Матфей. 10; 16) – советует Великий Реформатор своим ученикам, и вправду, если скрестить змею и голубя – получится вполне симпатичный дракончик из средневековых гравюр. В Азии же и на Юкатане драконы и по сей день считаются существами божественного происхождения, лишь потому, что в этих частях света не было меркантильных отцов церкви.
Христианство завоевало Рим почти случайно – Константин пытался цементировать агонизирующую империю с помощью мало кому известной и практически нейтральной религии. К тому же римляне не могли сразу принять мысль об абстрактном Боге, отринув веру в своих, олимпийских богов, так похожих на людей с их пороками и добродетелями – воплощение богочеловека оказалось идеальным вариантом. Именно под светский Рим подгонялось Христианство, переписывались писания, делались бессовестные вставки, малограмотные отцы церкви комментировали то, о чем имели лишь смутные представления – сейчас бы это назвали госзаказом для комитета агитации и пропаганды. Но империю спасти не удалось, возможно потому, что оказалось поздно, а возможно и потому, что не удалось императору подобрать слаженную команду агитаторов и последние внесли еще больший раскол. Небольшой пример – школа в Александрии, где преподавала юная Ипатия, чудесная девушка-философ, дочь математика Феона, была разрушена толпою христиан, а сама душа этой школы (мудрая и, кстати, девственная) убита дубиной Петра Чтеца, разрезана на куски, плоть соскоблена от костей устричными раковинами и брошена в костер по приказу епископа Кирилла. Того самого Кирилла, отца церкви и канонизированного общехристианского святого, учредителя Троицы, который был обвинен в продаже золотых и серебряных украшений своей церкви и растрате этих денег, что было доказано, причем вину свою он признал, но доказать свои оправдания о помощи бедным так и не сумел. Нынешнее Христианство в миссионерском славословии почему-то забывает упомянуть, что официальную Церковь основали, в основном, убийцы и воры.
Уже никто и не задумывается, что Иешуа, Великий пророк и Реформатор, превратился в кумира и идола, что церковь его перестала существовать в момент смерти камня, на котором он ее воздвиг (Матфей. 16; 18) – апостола Петра, трижды отрекавшегося от своего учителя (Матфей. 26; 69-75) и ни у кого не вызывает подозрения тот факт, что в момент крещения больше не нисходит святой дух в образе языков пламени и говорения на разных языках (Деяния. 10; 44-48) – быть может та церковь, которая сейчас называется христианской – уже не имеет ничего общего с Христом?
Нынешнее Христианство не является ни Христианством Иисуса, ни его доверенного лица – Петра. Нынешнюю церковь основал Савл (Павел), тринадцатый апостол, ни разу не видевший Иисуса, бывший гонитель христиан, римский гражданин и непримиримый оппонент Петра. Значение Павла для распространения Христианства было огромно, и едва ли хоть кто-нибудь сделал на этом поприще больше. Благодаря его усилиям новое вероучение было возвещено половине Малой Азии, Македонии и некоторой части Греции, откуда оно уже распространилось по всему миру, а отнюдь не из Иудеи. Еще больше Павел сделал для развития богословия. Именно благодаря ему Христианство перестало быть иудейской сектой, но превратилось в полнокровную самостоятельную религию.
После объявления Христианства государственной религией Римской Империи, была создана целая армия миссионеров и программа пропаганды для вербовки паствы по всему миру. История, кстати, прекрасно сохранила память о христианских миссиях в Африке, британской Индии, Китае, крестовые походы, конкисту и другие методы внедрения «слова Божьего» вперемежку с кровью и болью в умы язычников, чьи предки уже горят в «вечном пламени».
К моменту распада христианской церкви на Западную (во главе с Папой Римским) и Восточную (во главе с Патриархом) в 1054 г. Дьявол вырос, поумнел, стал коварнее и хитрее, к тому же приобрел самые яркие отрицательные черты Ахримана (Ангро-Майнью) из позднего Маздеизма (где он был лишь второстепенным божком) и Зороастризма, где он играл одну из двух главных ролей, будучи лишь абстракцией, обозначающей одну из половинок в извечном единстве и борьбе противоположностей. В Зороастризме он олицетворял все отрицательное и вредное, но при этом необходимое, так как, не зная тьмы, невозможно с чем-либо сравнить свет, следовательно, невозможно его познать. В Христианство же Ахриман перенес все свои атрибуты, утратив лишь свою необходимость, но получив взамен статус личности, вместо абстрактной философской идеи. Теперь он получил возможность полноценно работать на церковь, изображая из себя пугало, на которое, к тому же, можно сваливать все грехи и мерзости тех, кого он запугивал.
Его колоритная личность еще полтысячелетия назад по инерции перешла в Ислам, взращенный пророком Мухаммедом на почве экзотерических учений Иудаизма и Христианства, доступных малограмотным кочевникам Аравийского полуострова под именами «Шайтан» («Сатан» — «Сатана») и «Иблис», где он занял свое почетное место «козла отпущения» и невидимого врага.
А борьба с «драконами» переросла в инквизицию, официальное и освященное истребление тех, кто имел хоть незначительные крупицы знаний, угрожающих существованию церкви. Тысячи посвященных, таких как Ипатия, были уничтожены и спрятаны под трупами миллионов невинных людей. Церковь достигла апогея своего могущества…
Даже сейчас, спустя более чем две тысячи лет после ухода того, чье прозвище присвоила себе христианская церковь, несмотря на то, что абсолютную гегемонию этой церкви подорвала реформация, затем религиозный нигилизм, затем материалистический атеизм – церковь судорожно обвиняет во всех грехах «дьявола» и проклинает тех, кто ищет истину, кто стремится стать «драконами», кто уже на пороге к более глубокому соприкосновению с Предельной Реальностью, именуемой также Богом. Ортодоксальная христианская церковь уже захлебывается в нагромождениях своих наивных и нелогичных догм, в своей откровенной лжи, она настолько далеко отошла от Бога, которого предлагает своей пастве, что даже не замечает, что пришло время новому вероучению, простому и универсальному, тому, которое она так тщательно пыталась искоренить и скрыть. Протестантские христианские течения, призванные очистить христианскую веру от коррупции и показной пышности, вернуть ее к истокам, вместо этого погрязли в междоусобных раздорах, фанатизме и нетерпимости, они стали еще более похожи на финансовые корпорации, даже по сравнению со средневековым католицизмом. И если вдруг Дьявол «умрет» — все христианские церкви рассыплются, словно карточные домики, так как лишатся своей самой надежной опоры, своего искусственного сердца…
Сердцем любой религии должен быть только Всевышний Господь Бог, любовь и милосердие, а не олицетворение зла и вечной опасности, иначе церковь становится коммерческой организацией, не имеющей ничего общего с тем, что она проповедует. Такая церковь обречена на дискредитацию, истощение и «клиническую смерть».
Естественно, зло существует, но не само по себе и в облике мифической личности, зло – находится в самих людях. Это их сопротивление законам Божьим, их злые мысли и действия, все то, что называется грехом, то, что противоречит заповедям, универсальным для всех религий (они же – и суть всех религий): «Возлюби Господа Бога твоего…» и «Возлюби ближнего твоего…» («Не делай другому того, чего не желаешь себе»), иного зла нет. Никто и ничто извне не подталкивает людей к греху, но в силу своей свободной воли, неотъемлемого божественного атрибута, люди, созданные «по образу и подобию» сами выбирают кем им быть – пособниками «дьявола» или детьми Божьими.
В довершение, чтобы показать, какой смысл кроется в именах «врага рода человеческого» — переводы некоторых из них:

САТАНА – «Противящийся Богу» (др. евр.) — таким эпитетом называли любого, кто нарушал «Моисеев закон» (10 заповедей), т.е. противился воле Божьей;
ДЬЯВОЛ – «Клеветник» (др. евр.);
МЕФИСТОФЕЛЬ – «Совращающий» (греч.);
ЛЮЦИФЕР – «Светоносный» (лат.) – связано с римской мифологией, где это имя использовалось применительно к божеству утренней зари (одна из ипостасей Венеры), в «Ветхом завете» встречается только в одном месте – Книга Исайи 14; 12 – глубоко метафоричной поэме;
ДЕМОН – «Божество» (греч.).
Как видно, некоторые из этих «имен» применимы к большинству людей, и к людям они как раз и применялись, но последние два применялись исключительно к врагам церкви и, благодаря некачественным переводам и языковым парадоксам вошли в современный язык, обнажая церковные нападки на носителей света – богоподобных посвященных.

Добавить комментарий